Товарный рынок обгонит фондовый

Кивки на Японию, спасавшую всех и вся не и не получившую инфляцию, являются не слишком убедительными. Страна восходящего солнца начала управляемое создание зомби-компаний в конце 80-х годов. Инфляция и в Японии, и в США в начале 80-х достигла максимальных значений и с тех пор только снижалась. Сейчас все иначе. Инфляция и в США, и в еврозоне, и в Японии на минимумах. Куда пойдет индикатор после минимумов?

И Уоррен Баффет, и Джим Роджерс упрямо говорят о глобальном росте инфляции. Найти компании, способные перекладывать на потребителей инфляционные издержки, непросто. Если обратиться к истории фондового рынка акций США, то за десятилетие 70-х, когда CPI вырос до 16–18%, фондовой рынок не рос. Это делал товарный рынок, но даже рост нефти не позволил акциям нефтяных компаний подняться в тот период.

Исторические исследования подтверждают: товарный рынок, в отличие от фондового, в период роста инфляции способен сохранить капиталы инвесторов. Если рассмотреть динамику товарного рынка и рынка акций с 1871 года по настоящее время, то можно увидеть, что доходность товарного рынка превышает доходность рынка акций и наоборот примерно с одной и той же периодичностью. Причем дефляция, как правило, приводит к «бычьему» тренду на фондовом рынке. Годы побед товарного рынка: 1906–1923 гг. (17 лет роста), 1931–1950 гг. (19 лет роста), 1968–1983 (15 лет роста), с 1999-го по настоящее время (Barry Bannister, Legg Mason Wool Walker Inc.)

Если центробанки будут поднимать процентные ставки, то экономика, отягощенная долгами, попадет под пресс. Если ставки не поднимать, за центробанки это сделает рост инфляции. Если инфляция будет расти и стоимость заимствований увеличится (а может ли быть по-другому?), то инвестиции в новые месторождения — неважно чего, будь то нефть, металлы или руда — или в сельхозпосевы будут слабыми. Чем не почва для отличного «бычьего» тренда на товарном рынке и «медвежьего» на акциях? Самый долгий бычий тренд, на товарном рынке, как отмечено выше, был в период Великой депрессии и продолжался 19 лет.

Предполагать незавершенность последнего по времени «бычьего» тренда товарного рынка можно, так как с момента его начала прошло всего десять лет. К тому же, что более важно, основа для снижения commodities — большое и дешевое предложение. А откуда возьмется большое и дешевое предложение, если крупнейшее месторождение Атабаска в Канаде на нефтеносных песках и его разработка при текущих ценах нерентабельна? Или возьмем новое месторождение, открытое Petrobras (единственное крупное месторождение, открытое за последние 30 лет в Южном полушарии), которое будоражит умы инвесторов в акции бразильской компании: оно находится на шельфе, и его рентабельность при текущих ценах также под сомнением.

Если считать, что большинство новых месторождений нефти будут открыты на шельфе, то интересным объектом для инвестиций является один из мировых лидеров в управлении, обслуживании и создании глубоководных нефте- и газодобывающих платформ — компания Transocean (NYSE: RIG). Финансовые показатели компании в IV квартале 2008 года практически не пострадали, рентабельность ее остается высокой (по итогам прошлого года 36%), а рост чистой прибыли в шесть раз за четыре года подтверждает идею роста разработки шельфовых месторождений.

Если рассмотреть перспективность инвестиций в акции и в товарный рынок на фоне роста инфляции с исторической точки зрения, то больше шансов на то, что в ближайшие пять лет индексы товарного рынка превзойдут индексы фондового.

Источник: Александр Душкин,   «Business&Financial Markets»